04/10/2021
Наш аналитик Антон Алябьев делится мыслями об услышанном на юбилейном
Одно из выступлений на изобиловало словом “знания”. А называлось выступление “Осознанное незнание”, автор - Илья Якямсев. Конечно, тут невозможно было не вспомнить про имплицитные и эксплицитные знания. Я и вспомнил, спросил докладчика, про какие из этих знаний он говорит. Он ответил, что вопрос попадает в область его незнания. Осознанного. Но это ничего, незнание ведь не освобождает от способности поделиться знанием - или хотя бы индуцировать его в слушателе.
На случай, если вы тоже не знаете, что это за слова, сразу поясню их значение, поскольку весь дальнейший сказ будет строится на постоянном их использовании. Значение очень простое, всем понятное, просто так вышло, что этими словами редко пользуются.
Имплицитные знания - это когда человек может что-то сделать, но не может объяснить, как он это делает, и не может научить других этому знанию. Часто человек получает такие знания неумышленно. Не подумайте, речь не только про физические навыки типа ходьбы по канату, имплицитными запросто могут быть и чисто интеллектуальные умения. Классический эксперимент по типам знаний проводился как раз на примере когнитивной деятельности.
Эксплицитные знания человек получает в основном целенаправленно, они существуют в осознанном виде. Вы можете ими поделиться - успешно или нет, это другой вопрос, но предпринять такую попытку легко.
Попробую пересказать доклад Ильи в терминах модели эксплицитного и имплицитного знания. Внимание! Будут изменены не только термины, но и очередность тезисов. И их содержание. Это тоже ничего - обычная история при передаче знаний.
Зло нашей эпохи - возможность хранить знания, которые не являются полезными прямо сейчас или хотя бы в обозримом будущем. Эта возможность стала как никогда дешевой, поэтому КПД таких знаний стал приемлем. Мы можем позволить себе забавы ради узнать какую-нибудь мелочь из жизни ацтеков или что-нибудь про повадки брюхоногих моллюсков из Марианской впадины. Эта легкость создает иллюзию, что в голову знания можно класть столь же безнаказанно, как и в наши огромные дешевые хранилища.
Если раньше поводом для возникновения жажды знаний чаще служила задача, то сейчас эту жажду провоцирует знание о знаниях. Как рассказывал о своих терзаниях докладчик: узнав, что где-то раздают знания, он не мог пропустить сие действо - во-первых, там кормят, во-вторых, он боялся, что если эти знания получат другие и не получит он, то он безнадежно от других отстанет.
Эта беготня приводила только к увеличению границы тьмы. Вместо одного пятна света появлялось множество, но между этими пятнами царила тьма. Хуже того, между ними не было инфраструктуры и коммуникаций, выражаясь коммунальным языком.
Илья посоветовал вернуться к задаче как к единственному вескому поводу получать знания. А в качестве способа закреплять и прояснять свои знания призвал учить других людей.
Девушка из зала задала вопрос, который гулко срезонировал с моими мыслями об эксплицитно-имплицитной модели: а как быть с теми, кто нахватался таких бессвязных пятен света, приперся с ними в компанию и начинает этот свет излучать на окружающих, бессмысленно и беспощадно?
Тут мне стало понятно, что в изначальной матрице не хватает еще одной комбинации. Привычная матрица модели “имплицитный-эксплицитный” такая:
- умею, но не могу объяснить;
- умею и могу объяснить.
Но из двух параметров ведь можно составить четыре комбинации. Почему мы забыли остальные?
Вариант “не умею и не могу объяснить” просто не попадает в тему имплицитности-эксплицитности - он про незнание, а не про знания. А вот вариант “не умею, но могу объяснить другим” - как раз про ту беду, про которую говорил докладчик.
Я для себя назвал этот тип знания гиперэксплицитным. Тут я, конечно, внутренне заспорил с докладчиком по его концовке. В ней не хватало буквально одного слова: “учи других ТОЛЬКО если умеешь делать сам”, потому что иначе получалось то само гиперэксплицитное знание.
Илью я случайно встретил на улице на следующий день и набрался наглости пояснить ему термины “имплицитный” и “эксплицитный”. Он поблагодарил за просвещение и задал вопрос очень в духе своего доклада: а где это применяется? Поскольку на ближайшем перекрестке наши пути расходились, то мой элевейтор спич вынужден был заканчиваться, и я успел ответить только кратко “в психологии”. Но это не было ответом вопрос, особенно если задать его в более искренней форме “нафига мне эти умные слова?”. Поэтому продолжу ответ здесь, в надежде, что адресат прочтет, поймет и простит.
Психология - тоже штука, которая где-то применяется, а не является ценной сама по себе. Косвенно через психологию модель имплицитности-эксплицитности используется везде - в управлении поведением и знаниями. Поскольку я живу на UX-поле, скажу пару слов о применении модели у нас.
Когда мы изучаем пользовательский опыт, то сталкиваемся с тем, что часть знаний пользователя существует в имплицитной форме, а часть - в эксплицитной. Например, в исследованиях систем документооборота мы не раз встречались с пользователями, которые с трудом объясняют, что именно и зачем они делают в системе. Иногда их действия - это выработанная опытно-интуитивным путем последовательность, иногда - подсказанный руководителем или админом алгоритм, смысл которого исполнителю понятен лишь интуитивно и/или частично. Даже если речь о механически заученном наборе действий - то есть о целенаправленном полученных знаниях, симптомы здесь похожи на имплицитное знание. Механически заученные знания плохо поддаются передаче пересказом и тем более объяснением - чаще это показ по принципу “делай так и не задавай вопросов”. Общего здесь и то, что в обоих случаях - механичности и имплицитности - пользователю трудно ответить на вопрос “почему так?”. Почему-почему, научили так, вот и делаю.
В прикладном смысле для исследователя это выливается в то, что для имплицитности и эксплицитности нужны разные методы исследований. Если вы знаете или предполагаете, что знание у ваших пользователей имплицитное, то интервью или опрос придется дополнить наблюдениями за деятельностью. Для имплицитных знаний у пользователей в словаре иногда просто нет адекватных терминов, которыми они могли бы описать свой опыт без искажений.
Иногда понимание того, что знание имплицитное, поможет выбрать не метод, а собеседника - например, того же админа, который научил пользователей действовать тем или иным образом.
В случае эксплицитных знаний вы можете ожидать вполне адекватной отдачи как от интервью, так и от опросов.
